ArabicChinese (Simplified)EnglishFrenchGermanItalianRussian
Рак перестаёт быть смертельным диагнозом. А продолжительность жизни онкопациентов растёт благодаря современным технологиям лечения. Рассказывает главный онколог Мин­здрава, директор НМИЦ радиологии, академик РАН Андрей... Командный подход. Главный онколог РФ Андрей Каприн – о том, что победит рак

Рак перестаёт быть смертельным диагнозом. А продолжительность жизни онкопациентов растёт благодаря современным технологиям лечения.

Рассказывает главный онколог Мин­здрава, директор НМИЦ радиологии, академик РАН Андрей Каприн.

Лидия Юдина, «АиФ»: Андрей Дмитриевич, 2 августа вы отметите 55-летний юбилей. Как человек, посвятивший жизнь борьбе против рака, можете сказать, что победит ­онкологические заболевания?

Андрей Каприн: Рак – это системное заболевание, и справиться с ним могут только система (правильно проведённая диагностика и назначенное организованное лечение) и командный подход. Известно, что рак лечит команда врачей (в которую входят морфологи, онкологи, хирурги разных специальностей, микро- и нейрохирурги, радио- и химио­терапевты, анестезиологи, рентгенологи и др.). Но частью команды должен стать и сам пациент.

Онкология – это специальность, где врачи каждый день встречаются с бедой. Поэтому, с одной стороны, важно уметь сопереживать, с другой – назначить пациенту лечение, которое ему поможет. Поскольку большинство методов достаточно агрессивны, важно, чтобы пациент был готов к борьбе и сотрудничеству с врачами.

– Согласно вашим прогнозам, смертность пациентов от рака в региональных онкологических клиниках будет падать, а в национальных медицинских центрах – увеличиваться. С чем ­связан этот парадокс?

– Качество онкологической помощи в регионах растёт. Мы это видим по поступающим к нам пациентам. Ранние и средние стадии рака успешно лечат на местах. К нам поступают только тяжёлые, зачастую «отказные» пациенты, которых раньше отправляли на паллиативное лечение. Сегодня наша цель – рак любой стадии перевести в хроническую болезнь с затяжной ремиссией, с которой пациент может прожить ещё долго. Это стало возможным благодаря новым технологиям.

Перекрыть кислород

– Что это за методы?

– Во-первых, лучевая терапия. Это один из главных методов лечения онкозаболеваний, который в том или ином виде применяется у половины больных. Современная техника позволяет локально воздействовать на опухоль и подводить к ней высокие дозы за короткий промежуток времени.

Для самых агрессивных и труднодоступных опухолей сегодня применяется протонная терапия. В 2018 г. в филиале НМИЦ радиологии в Обнинске начал работу первый отечественный протонный ускоритель, и с тех пор были успешно пролечены 600 пациентов с опухолями головы и шеи.

Облучение не доставляет пациенту никакого дискомфорта – тончайший протонный пучок размером с карандашный грифель позволяет доставить протоны к опухоли любой формы и локализации, не затронув окружающие ткани.

Сеанс продолжается 2–3 минуты, а курс лечения занимает 18–20 дней. Этого времени обычно бывает достаточно, чтобы опухоль уменьшилась в размерах и переродилась в соединительную ткань. В ближайшее время мы планируем начать лечение пациентов с опухолями забрюшинного пространства – урологическими, поджелудочной железы.

Не очевидное для пациентов, но значимое для врачей преимущество – размеры отечественного протонного ускорителя (5 м). Если для импортных установок требуется строительство нового отдельного здания, то наш ускоритель можно собрать в любом медицинском учреждении. А по эффективности он не отличается от зарубежных аналогов.

– За рубежом для лечения некоторых видов опухолей успешно применяется рентгенохирургия. Есть ли у нас этот метод?

– Рентгенохирургия, или радиоэмболизация (блокирование кровотока опухоли), – уникальная разработка. Известно, что опухоль нуждается в обильном кровоснабжении (гораздо большем, чем нормальные клетки) и часто создаёт собственную кровеносную сеть. Перекрыв сосуд, питающий опухоль, можно тем самым «обесточить» её. Для этого к опухоли по артериальным сосудам с помощью катетера доставляются микросферы с радионуклидным препаратом, которые блокируют приток крови и питания.

Сегодня во всём мире для этих целей применяется радиофарм­препарат иттрий-90. Его недостаток – крайне дорогое производство. Для того чтобы зарядить иттрий, необходим мощный реактор (в нашей стране это осуществляется в Томске). Если учесть, что период полураспада препарата всего 72 часа, станет понятно, что к отмене операции могут привести многие обстоятельства, не зависящие ни от врача, ни от пациента, – например нелётная погода.

В НМИЦ радиологии был создан отечественный фарм­препарат – рений-188, который можно получить с помощью отечественного же генератора непосредственно в клинике. Надеемся, что с помощью этого метода мы сможем контролировать даже опухоли с множественным распространением в организме. Ведь иногда даже небольшая опухоль уже на ранней стадии даёт множественные метастазы в организме.

Также в России начинаются клинические испытания радиофарм­препарата для терапии рака простаты – лютеция-177. Молекула-убийца разносится ПСМА (белком предстательной железы), который ищет опухолевые клетки по всему организму. Применение препарата эффективно, когда рак вырабатывает устойчивость к гормонотерапии и начинает быстро прогрессировать.

– Порой пациенты не успевают получить адекватную помощь, потому что анализы делают слишком долго.

– Безусловно, главный враг рака – ранняя диагностика. Все обследования пациента с подо­зрением на онкологическое заболевание необходимо провести максимально быстро. В нашем филиале в Обнинске появился новый прибор Cobas-6000, в котором выполняются как рутинные исследования, так и редкие тесты на опухолевые маркеры в крови, в пунктатах, в различных жидкостях. Пропускная способность прибора – до 1 тыс. тестов в час. Прибор работает круглосуточно, а результаты анализов готовы уже через 2–3 часа, что позволяет пациентам в тот же день вернуться на повторный приём, на котором врач назначит им лечение.

Мы ещё не понимаем законов развития опухоли, загадкой остаётся и то, почему пациенты по-разному отвечают на лечение.

В прошлом году мы начали формировать первый отечественный онкобиобанк, в котором хранятся образцы крови и биологических тканей наших пациентов. Сегодня в нём собраны уже 4,5 тыс. образцов. Надеемся, что эта «коллекция» поможет будущим поколениям онкологов найти единые биомаркеры заболевания и прогнозы течения болезни, а также разработать новые эффективные препараты.

Голыми руками

– То есть хирургические вмешательства постепенно отходят в прошлое?

– Ни один современный метод лечения пока не может заменить руки хирурга. Но операции, которые проводятся в нашем центре, серьёзно отличаются от тех, что мы делали всего ­10–15 лет назад. Это, как правило, обширные хирургические вмешательства, требующие работы разных специалистов: урологов, онкологов, сосудистых хирургов, рентгенэндоваскулярных хирургов. В филиале в Обнинске давно работает отделение, которое занимается хирургическим и консервативным лечением лучевых повреждений. Там выполняются уникальные хирургические вмешательства, направленные на устранение последствий лучевой терапии. Бывает, требуется полная реконструкция внутренних органов (мочевого пузыря, кишки, мочеточников и др.), которая позволяет сохранить качество жизни пациентов. Постлучевые изменения – отдельная история, требующая особого навыка хирурга. Рубцы после лучевой терапии бывают настолько мощными, что обычный скальпель против них бессилен и требуется применение современных электрохирургических инструментов.

Источник

Нет комментариев

Оставте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *